Гражданское право, арбитраж, сделки с недвижимостью, аудит безопасности — нестандартные решения там, где отрасли пересекаются.

ПРОБЛЕМА: супруги владели совместным бизнесом (доли в ООО, коммерческая недвижимость). При разводе каждый хотел сохранить свою часть, но стандартный раздел имущества разрушил бы компанию.

ЧТО СДЕЛАЛИ: предложили нестандартную структуру: один супруг получает долю в бизнесе, второй — компенсацию за счёт иных активов + долгосрочные отчисления от прибыли. Закрепили брачным договором и корпоративным соглашением.

РЕЗУЛЬТАТ: бизнес сохранён, конфликт исчерпан, дети не пострадали. Клиентка: «Мы развелись, но остались партнёрами — спасибо, что помогли не разрушить то, что строили вместе»

ПРОБЛЕМА: основатель технологического стартапа нашёл инвестора, но типовой договор купли-продажи доли означал потерю контроля над компанией.

ЧТО СДЕЛАЛИ: структурировали сделку через опционную программу и акционерное соглашение (SHA). Инвестор получает долю, но основатель сохраняет контрольный пакет голосующих акций и право выкупа.

РЕЗУЛЬТАТ: инвестиции привлечены, основатель сохранил управление, компания вышла на новый уровень.

ПРОБЛЕМА: девушка передала свою банковскую карту знакомому. Тот использовал её для получения и перевода денег, добытых мошенничеством (ч.4 ст.159 УК РФ — особо крупный размер). Возбуждено уголовное дело на неустановленное лицо. Прокурор подал к ней гражданский иск о неосновательном обогащении. Если бы суд удовлетворил иск, это стало бы основанием для привлечения её к уголовной ответственности как соучастницы.

ЧТО СДЕЛАЛИ: подключились на стадии гражданского процесса, не дожидаясь допросов. Собрали доказательства, что девушка не знала о преступном характере операций, не получала выгоды, а сама стала жертвой обмана. В суде доказали, что она является добросовестным приобретателем (ст.302 ГК РФ). Адвокат по уголовным делам добился признания её свидетелем, а не подозреваемой.

РЕЗУЛЬТАТ: гражданский иск отклонён, уголовное дело прекращено. Клиентка не понесла ни материальной, ни уголовной ответственности.

ПРОБЛЕМА: многоквартирный дом в центре Москвы признан аварийным и одновременно является объектом культурного наследия. Дом передан в Росимущество, которое отказало жителям в приватизации, ссылаясь на то, что имущество выбыло из фонда Департамента городского имущества и не может быть передано в собственность граждан. Жители годами не могли оформить свои квартиры. Дело дошло до Басманного суда, но ни Росимущество, ни ДГИ, ни иные ответчики в заседания не являлись. Суд оказался в тупике: формально некому предъявлять требования, но люди оставались без прав на жильё.

ЧТО СДЕЛАЛИ: разработали стратегию, основанную на преодолении формальных препятствий; обжаловали бездействие Росимущества, инициировали признание права собственности в порядке приватизации через суд, несмотря на отсутствие ответчиков; добились привлечения надлежащих ответчиков; зарегистрировали право собственности.

РЕЗУЛЬТАТ: квартиры оформлены в собственность. Крупный девелопер выкупил их у доверителей по цене в несколько раз выше рыночной. Люди получили не только законное право, но и значительный капитал.

ПРОБЛЕМА: директор крупного промышленного предприятия систематически выводил деньги учредителей через тайные коммерческие операции и негласные сделки. Учредители боялись привлекать его к уголовной ответственности — это могло разрушить бизнес, остановить производство и отпугнуть контрагентов. Директор злоупотреблял алкоголем, его поведение становилось неадекватным.

ЧТО СДЕЛАЛИ: собрали медицинские доказательства стойкого психического расстройства вследствие алкоголизма. Через родственников инициировали судебный процесс об ограничении дееспособности директора (ст.30 ГК РФ). После вступления решения в силу добились назначения попечителя, который от имени директора оспорил часть его сделок как совершённых в состоянии, когда он не мог руководить своими действиями (ст.177 ГК РФ). Подготовили корпоративные решения о досрочном прекращении полномочий директора и назначении нового руководителя.

РЕЗУЛЬТАТ: директор отстранён от управления. Часть убыточных сделок признана недействительной, денежные средства возвращены в компанию. Предприятие сохранено, производство не остановлено. Штрафы и упущенную выгоду взыскать не удалось — суд посчитал, что из‑за реального диагноза и отсутствия умысла на причинение убытков (в форме прямого умысла) эти требования не подлежат удовлетворению.

ПРОБЛЕМА: директор предприятия (он же один из учредителей) решил консолидировать 100% долей в ООО на своё ИП. У общества 10 учредителей. Четверо умерли от старости, у них нет оформленных наследников, а наследственное дело не открыто. Двое уехали за границу 10 лет назад, контактов и подтверждения их места нахождения нет. Сделка по выкупу долей у оставшихся четырёх действующих участников квалифицировалась как сделка с заинтересованностью (директор — выгодоприобретатель). Без урегулирования долей умерших и «потерянных» участников регистрация перехода прав была невозможна, а предприятие теряло инвесторов.

ЧТО СДЕЛАЛИ: разработали поэтапную стратегию: сначала урегулировали доли умерших через обращение в суд о признании права собственности на доли как выморочное имущество (ст.1151 ГК РФ) с последующей продажей от имени государства. По участникам за границей инициировали процедуру признания их безвестно отсутствующими (ст.42 ГК РФ) через суд, что позволило назначить опекуна для управления их долями и последующего выкупа. Для сделки с заинтересованностью подготовили полный пакет: провели оценку рыночной стоимости долей, получили одобрение независимых участников (оставшихся), оформили все корпоративные решения. Сопроводили регистрацию изменений в ЕГРЮЛ, несмотря на сложный состав учредителей и возражения нотариуса.

РЕЗУЛЬТАТ: все 10 долей консолидированы на ИП директора. Сделка признана законной, оспариваний не последовало. Предприятие привлекло стратегического инвестора, который вошёл в проект после очистки корпоративной структуры.